Скорая помощь для души. Раздел ведет психолог Марина БОНДАРЕНКО. Другой мир.

Скорая помощь для души. Психолог Марина Бондаренко
 
Вопрос 46:   

 

А ваша газета может заполнить огромную дыру в моей душе и заглушить жуткую боль в моем сердце от потери сына? Я пять лет пытаюсь прийти в себя, и жить как раньше, пока безрезультатно, а дыра в душе. По-моему она становится все больше и больше... Он погиб в 23, сейчас ему было бы 28. Эти годы как будто украдены. Что делать в таких случаях...??? Ваша газета подскажет???

Елена СОЛЯНИК

 


 

 

Ответ:   

 

Здравствуйте, Елена!
     Непростые вопросы Вы задаете. Но все в жизни каждого человека зависит не столько от чьих-то «мнений» и знаний, а от самого человека.
       Приведу очень простой пример. Сколько не грей молоко, не добавляй в него специй, оно не поможет, если у человека с бронхитом не появится желания пить это молоко. Есть люди, которые на все уговоры, категорически отворачиваются, предпочитая слышать только себя. А тогда говори - не говори, ничего не изменится.
       Насколько готовы вы к переменам? Вы задаете вопросы, но в них слышится: «Ничего не изменится, я буду все в том же состоянии». Честно говоря, когда я прочитала Ваше письмо, у меня сердце сжалось, и все казалось бесповоротным…
       И, тем не менее, давайте поговорим. Потому что вы все-таки это письмо написали.
       Нам  многие пишут о своих трагедиях. Людей, потерявших близких, столько… По сути, нет ни одного человека в мире, которого не постигало бы это. Все рано или поздно уходят… И с этим мириться невозможно… Мой папа ушел более тридцати лет назад… И мне до сих пор его не хватает. И мне порой очень грустно оттого, что не все он сумел выполнить, о чем мечтал. И не увидел моего сына, не узнал, что я все-таки стала художницей, как он мечтал, ведь еще в первом классе он отвел меня в мой первый кружок по рисованию. Сам он написал множество картин, но как самодеятельный художник. Не получилось ему учиться, после первого курса архитектурного института ему пришлось уйти оттуда по зрению. И он стал врачом… «Способности» у меня, конечно, от него. Та же манера письма в живописи…

Пережить именно Вашу боль не могу.

Понять? Да, я понимаю Вас, Елена.
      Как поймет каждый…
      Да только не легче от этого становится, правда?
      И во всем этом страшнее всего то, что оборвавшаяся Жизнь не дала человеку совершить, увидеть, дарить любовь, мечтать, ходить по земле, любоваться природой… Ведь как много он смог бы еще почувствовать, столько сделать. Любить, дарить счастье кому-то…
      Леночка, я ничего же не знаю о вашем сыне, а потому говорю какие-то общие слова. Но эти «общие слова» относятся ко всем без исключения людям.
      И тем, которые жили. И тем, что живут.

Нам безумно всего этого хочется. Об этом я пишу в своей книге «Мандала волшебства». Каждую новую главу начинаю именно с этого – ищу «причины» - зачем людям – жить?

Если бы Вы знали, как много приходит писем от людей, которые находятся в депрессии, теряют смысл жизни, плачут от ревности, непонимания, обижаются, когда люди разочаровывают их.
       Мне давно уже пора заканчивать книгу, объем у нее такой, что ни в один печатный формат она уже не влезет. А я все пишу и не могу остановиться. Потому что письма людей все идут. И мне хочется помочь всем и каждому. И приходят новые мысли, ситуации, ответы. И главное, примеры - жизни тех, кто оставил свой след в истории… Сильные и мужественные люди – они как светочи на нашем пути. Когда уж совсем плохо становится, погружаешься в чью-то биографию, особенно если это художник, писатель, режиссер, поэт… Ко мне всегда приходит энергия, когда «слышу шепот вселенной» - тогда узнаю что-то, что велико, красиво… И если самой недомогается, то оно исчезает, словно все это прекрасное внешнее заполняет дыры, трещины, прорехи в моей душе.

Если Вы думаете, что это все слова, то Вы, конечно, будете правы. И неправы.

Мир – и проявленный и непроявленный огромен. И мы далеко не все в нем знаем. В нем существует столько того, что мы – все живущие – не в состоянии осознать. А потому не можем в точности сказать – существует это или нет. Но ищущие пытаются проникнуть глубже. И кому-то что-то приоткрывается. Нет, это еще не знание…
       Но если все-таки это приходит, то неслучайно же!!!!!
       Конечно, ортодоксы от науки, так называемые консерваторы, благоразумно называющие себя приверженцами «классической» науки, стоят на своем: в мире нет ничего непознанного. Им все «понятно», все ясно. Что ж, каждому – свое…
       Но, так или иначе – мы не можем отмахиваться так просто от того, во что не можем пока проникнуть разумом. Кто-то называет такие вещи «мистическими».
       Давайте разберемся, что означает слово «мистика».  В мире существует такое огромное количество «объяснялок» на эту тему, что человек запросто может потеряться во всех философских и религиозных определениях. Сколько людей думало об этом, столько и мнений и разночтений.

   Но мы не будем далеко ходить, а просто обратимся к переводу. Мистика (перевод с греческого — «скрытый», «тайный»). И в этом уже ВСЕ ЕСТЬ. Тайна, которую люди пытаются познать. Но это – есть. Иначе не было бы столько словопрений, определений, поисков…

Существование души и бессмертие сознания – официальная наука тоже причисляет к «мистике»… но в другом смысле. Типа – сказки все это.
       И потому мы так сильно страдаем, теряя близких, думая, что их Души умирают вместе с их телами.
       Давайте поговорим о той самой Душе.
       Сотни поколений наших предков верили в то, что после смерти есть «жизнь». Но научный «прогресс» как бы напрочь отмел это. Как же! «Наука» и авторитеты ведь этого не доказали!
       Но так ли это? Нам нужны «факты»… Ведь только знание может погасить этот конфликт - между верой и неверием в существование жизни Души. Быть может, тогда мы сможем смотреть на трагедию с другой точки зрения?
       Сознание. Что это? Много копий было сломано в размышлениях и спорах по этому вопросу. К одному мнению люди прийти не могут. Но и не думать об этом невозможно. Так как оно ведь СУЩЕСТУЕТ.
       Сознание — это осознание себя, своей личности, чувств, эмоций, желаний, планов. Это осознание нами своего «Я».

И вместе с тем – Сознание – ТАЙНА. Потому что у него нет измерений, вкуса, запаха, цвета. Его нельзя потрогать. Его нельзя исследовать.
       Так что – его нет?!
       Так что – наше сознание – мистика, то есть то, чего не существует?
       Но мы же осознаем себя? Мы думаем, страдаем, нам плохо, нам хорошо. Мы создаем картины, мы разговариваем, в конце-концов. Мы пишем письма друг другу… Мы – есть…
       А Сознание – это невидимая, одухотворяющая энергия, которая существует вечно, никуда не исчезая.
       Самое удивительное и одновременно странное это то, что религия, говорящая о вечности Души, не дает никаких «доказательств». Это просто догма.
       Не дают доказательств и ученые-материалисты – что она не существует вечно.
       А что думают «просто» люди?
       «Кто» они?

Спросите любого. Он ответит: «Я – человек, женщина, мужчина, музыкант, повар». Но свое индивидуальное человек объяснить не может. А ведь мы внутри все разные! У нас неодинаковые чувства, поведение, характер и т.д. К тому же, в течение жизни наши качества меняются. Но мы не можем про себя сказать, что это уже «чужая» личность. Мы все равно осознаем себя – «собой».
       Некоторые люди ассоциируют «себя» со своим телом.
       А вот тут интереснее уже. Клетки наши в течение жизни умирают, а новые рождаются. Все по-разному, но обновляются все – каждые пять лет.
       И что получается?
       Если считать наше Сознание – энным количеством клеток, то что? Наше сознание тоже умирает, а потом рождается? Бред. Разве наша «личность» за годы нашей жизни как минимум 15-18 раз умирала, и «рождались» новые личности? Такого просто не может быть.
       Ладно. Кто-то скажет, что сознание – нервные клетки. Которые, как говорится «не восстанавливаются». Мы их теряем. И в этом случае что происходит? Что к концу жизни мы почти полностью «теряем» свою ЛИЧНОСТЬ?

А как же это совместить с тем, что в процессе жизни мы мудреем? Но ведь количество нервных клеток, а тем более, их качество – не увеличивается!
       Так что, ни в том, ни в другом случае – наше «я» - не меняется. Оно – остается прежним. В течение всей жизни мы ассоциируем себя с «собой» - мы помним все, что было – с раннего детства. Значит что?
       Это может означать только то, что наше сознание НЕ ПРИНАДЛЕЖИТ постоянно меняющемуся физическому телу. И оно – не меняется.
       Древним это не надо было доказывать. А в наше время без подобных «доказательств» никак не обойдешься.
       Да, конечно, есть еще те, кто может попытаться связать наше Сознание с мозгом. Типа мозг – это наше «я». Это он думает, решает, как поступить, что купить, что надеть, влюбляется, обижается и т.д. Но уже давно сами исследователи доказали, что это не так. Нет в мозге никакого центра нашего «я».
       Да, конечно, связь отделов мозга с физиологическими процессами, несомненно, существует. Мы можем ощущать физическую боль. Но понять, откуда она возникла, мы не смогли бы.

Уже описано множество случаев, когда, в результате травм, у людей было отключено правое или левое полушарие. И в том, в другом случае – осознание собственного «я» присутствовало. А это означает, что ни в одном из полушарий «я» - душа – не присутствует.
       Был даже описан случай, когда сделали посмертное вскрытие одного пациента, который сохранял сознание до самой смерти, то оказалось, что оба полушария у него были поражены - вся мозговая масса оказалась полностью отделена от черепной коробки.
       Понятно, что наука не стоит на месте. Мозг изучают все подробнее, все тщательнее. Но так и не могут найти связи между ним – и памятью, творчеством, мышлением.
       Но если наше Сознание не связано с физическим телом, то… может быть это на самом деле проявление нематериального, духовного? Того самого, что лежит ПОКА за пределами человеческого понимания.
       Ни одна из существующих на сей момент официальных классических наук не в состоянии пролить свет на происхождение и природу Сознания, которое невозможно связать ни с одним физическим процессом. Это отдельные миры, которые лишь в небольшой степени способны «влиять» друг на друга.
       Возвращаемся к слову – мистика – скрытое, ТАЙНОЕ. То есть то, что СЕЙЧАС мы познать не можем.

Но и без знания того, что сознания нет в теле, мы уже не можем существовать. Поэтому, сейчас, наше «знание» заключается в следующем: Сознание находится Вне пределов физического тела.
      Да, есть еще момент.

Когда происходят какие-то физиологические нарушения в мозгу, и человек не может «общаться» с миром, например, находится «без сознания», не может говорить, то это не означает, что сознание у него исчезает – просто ломается «передатчик». Как, например, телевизор. Сгорела деталька, и он не включается. Но это не означает, что программы исчезли. Они есть, просто аппарат «не может» их до нас «донести».
       Описаны случаи, когда человек «возвращался» после клинической смерти и мог рассказать» о том, что происходило в палате. Его мозг «работал» как «антенна», он «ловил» то, что видело и осознавало Сознание. И когда тело оживало – сознание «возвращалось»  передавая через мозг информацию, которую «видело» в это время.

   Другими словами, ПОСЛЕ отключения работы физического тела – Сознание продолжает жить.
       Сейчас описаний «посмертных»  жизней огромное множество. И не перечислить ученых, занимающихся подобными наблюдениями. Вот некоторые из них: Элизабет Кюблер Росс, Раймонд Моуди, Оливер Лодж, Уильям Крукс, Альфред Уоллес, Александр Бутлеров, Фридрих Майерс, Мелвин Морз, Майкл Сабом, Кэннет Ринг, Мориц Роолингз, А.А.Налчаджян, Альберт Вейник, Станислав Гроф. Специально называю имена. Потому что можно найти информацию о работе этих людей.
       А что происходит с Сознанием дальше? Когда, увы, оно «покидает» тело.
       Оно попадает в иную «реальность». В ней существуют множество различных уровней.
       И опять обратимся к исследователям, врачам, которые наблюдали людей до, во время и после клинической смерти, записывая то, что делали и говорили больные. Таким вот образом «обследованы» десятки, если уже не сотни людей. И во всех случаях у перешагнувших «порог» наблюдалось общее: они освобождались от боли своего тела, ощущали комфорт, даже блаженство, доброту, видели мягкий свет. Практически у всех этих людей теперь иное восприятие жизни. Они не хотят умирать. Но смерти уже не боятся.
       Леночка, я очень хочу сказать Вам – то, что Ваш сын ушел, не означает, что он вообще ушел. Его Душа осталась…
       То, что мы так сильно страдаем здесь, не придает силы им там. И я думаю, что они очень хотят, чтобы мы сохраняли мужество и силу.
       Если мы будем терять энергию, то начнутся болезни. Как думаете, хотел бы Ваш сын, чтобы Вы болели? Представьте, что он оттуда видит все. Хорошо ли ему от того, что вы страдаете сейчас? А все эти пять лет?
       Мы находимся с нашими ушедшими близкими в разных мирах. Он там, Вы тут. И жизнь здесь дана нам для того, чтобы мы ЖИЛИ в ней. Тянулись к ней. А так сильно страдая, мы укорачиваем ее «по собственному желанию».
       И то, что мы будем меньше скорбеть, а больше заниматься тем, что есть сейчас в нашей жизни, вовсе не означает, что мы забываем наших любимых ушедших людей. Ведь мы – помним!
       Просто… Сохранение светлой памяти о них и тяжелая зависимость от воспоминаний – разные вещи. Даже больше – они противоположности. Тот, кто живет скорбью, с надрывом – не может, почти не способен к светлой легкой памяти…
       В скорби жалко себя, ты обижаешься на весь мир, на судьбу… На самом деле – просто уходишь, отгораживаешься от жизни.
       Леночка, если вы будете просто… вспоминать его… Нет, не его уход, а то, что БЫЛО до этого – все те радостные светлые моменты – это и будет чистой светлой памятью. Вы можете вспоминать, как он родился, ходил в школу, ваши беседы… - все то, что было ХОРОШИМ!
       А будучи в скорби – вы помните только смерть.
       А если жить только ТОЙ любовью, то уже не так часто погружаешься в кошмар. Я знаю, что «раздражителями», провоцирующими возврат в это состояние могут быть вещи, книги того, кто ушел. И человека «накрывает», словно тяжелая сила заставляет проваливаться в прошлое…
       В такие моменты почти насильно переворачивайте сознание – направляя его на светлые моменты, которые были «до»… И думайте вновь и вновь о том, что его Душа жива. И этой Душе больно видеть вас страдающую.
       Я не гарантирую, что боль не будет возвращаться. Но ведь мы сильные, и мы все в состоянии сделать для наших любимых. Думайте в этот момент о том, что «переворачивая собственное сознание» вы действуете на благо ему сейчас. Что ему комфортно, хорошо видеть Вас новой и сильной.
       И пусть это будет только в Вашем воображении. Но для нашего сознания это не имеет большой разницы. И чем ярче будет ваше воображение, тем оно будет ближе к реальности. Управляя собой, пусть и в воображении, формируя новые образы, мы словно запускаем новую программу.
       Вот увидите, что, вспоминая о светлых моментах все чаще, вам станет легче. А ему – и подавно. Вперед вы будет идти только с хорошим.

Не надо, никогда не надо возвращаться

К тому, что прожито, к тому, что за чертой.

Там призраки зловещие роятся,
Там прах и тлен предстанут пред тобой.
Там не найти уже умчавшихся мгновений...
И, не бросая вызова судьбе,
Волненье встреч и радость откровений
Храните с благодарностью в себе.
Умейте их ценить, умейте восхищаться
Их вечною, нетленной красотой,
Но только никогда не надо возвращаться
К тому, что прожито, к тому, что за чертой.

Самое важное - это погрузиться в другое пространство…
      Вспомните себя девочкой – когда время тянулось гораздо медленней, и не было в нем ни боли, ни страхов, ни  страданий… Вспомнить себя ребенком, не значит, стать им, это значит – присоединиться к себе тому. И тот ребенок (мы сами) способен помочь нам сегодняшним – потому что согреет своим душевным теплом...
       Мне это помогает. Я – та, которая была до тринадцати лет. До того момента, когда ушел мой папа. Ничего я тогда не знала о Сознании, о чем писала вам в начале. Но все равно какая-то внутренняя – быть может, идущая откуда-то издалека, память говорила мне, о том, что его Душа не ушла насовсем. И представляла, как он переживает, видя, как убиваются тут все родственники. Я была его единственной любимой дочкой. И мне хотелось плакать оттого, что думала, как ему больно оттого, что его нет со мной рядом, что не может помогать, чему-то учить. Тогда я, казалось, замкнулась ото всех. Ничего не радовало – ни в школе, ни в жизни, которая была вокруг. И вместе с тем, внешне я была спокойной, что, наверное, казалось окружающим меня людям, странным. И да, это было довольно долго. Я ведь вмиг повзрослела – уже не увлекали какие-то игры, болтовня с подружками. Все казалось таким… наигранным… И я ушла вся в «заботу» о нем – перебирала его книги, вытирала с них пыль, рассматривала и складывала открытки с репродукциями великих художников, которые он собирал для меня. Буквально через месяц после его ухода  поступила учиться в Художественную школу, очень сильно жалея, что он не узнал об этом. А как он мечтал, чтобы я всерьез училась живописи.
     

Да, тогда много плакала – от жалости к себе, что вот осталась без него, что не будет наших прогулок, не будем беседовать и рисовать вместе, что он не увидит моих новых, уже профессиональных художественных работ. Я писала ему письма, разговаривала с ним в моем дневнике, рассказывала о своих успехах. В эти минуты было ощущение, что он просто уехал, так далеко, что туда могу писать, а вот от него письма не доходят. Но я «придумывала» за него ответы…
       Кто знает, какой бы выросла, если бы он был рядом со мной все эти годы. Я часто думала об этом. Что, может быть, жизнь у меня сложилась бы как-то иначе. Говорят, мы судьбу не выбираем. Но это не так. Я «выбирала», веря в то, что он похвалил бы меня, что что-то ему понравилось бы. И эти мои «действия», которые были направлены на то, чтобы «порадовать» его, сделали мою жизнь удивительной. Прошло уже очень много лет, но ЗНАЮ, что и моя работа, и увлечения – все это нравилось бы ему. И пусть не слышу его голоса, но уверена, что он ВСЕ обо мне знает. И даже когда случались моменты, когда я была собой недовольна, то испытывала стыд – перед ним.

Я думаю, неспроста мне был дан именно мой папа, а я – ему. Именно такая, чтобы утешить его, когда он ушел в ДРУГОЙ МИР.
       Я понимаю, что советовать что-то другим сложно. И тем более, собственными воспоминаниями. Но думаю, главное, не надо убиваться, и терять собственную жизнь, потому что там им это не понравится. А вот то, что Вы будете стараться находить в каждом миге жизни что-то необыкновенное, важное – то это будет здорово.
       Хочу рассказать об одном случае. Я сидела в очереди в поликлинику. Собственно всей-то очереди там было двое: одна пожилая женщина и я. Вот сидим мы, а она все время охает, тяжело вздыхает, какие-то движения странные: то раскачивается, то наклоняется. Поначалу я лишь погладывала на нее. Потом не выдержала, спросила: «Вам плохо? Может быть врача позвать?».
       На что она мне ответила: «Плохо? Нет. Не знаю. Я все время такая».
       Я несколько удивилась: «Вы чем-то больны? Это болезнь, что Вы вот так дышите, движетесь?».
       Она сначала смотрела на меня непонимающе, и это было какое-то время. За которое я вдруг поняла, что она нормально дышит, не стонет. То есть, в эти моменты она словно от чего-то отвлеклась.
       Потом говорит: «Детка, это уже лучшее состояние. Раньше вообще было плохо, я не вставала восемь месяцев. Не ходила, почти не говорила. Я просто НЕ МОГЛА говорить. Потому что все, о чем бы ни говорили люди, все казалось таким глупым, несущественным по сравнению с тем, что произошло со мной».

На мой вопрос, что с ней произошло, она ответила: «Два года назад умер мой сын. Ему было всего сорок лет…. И я перестала сама ощущать жизнь. Да, со мной носились, меня утешали все. Говорили: «Ну что поделаешь, это жизнь, все мы там будем». Но меня ничего не утешало. Отнялись ноги, и мне ничего не хотелось делать. Словно и я умерла вместе с ним. Сейчас вот все-таки уже хожу, и даже что-то делаю. Но мне все не в радость. И жить не хочется».
      Меня как переклинило. И быть может, к тому времени я еще не читала ни Моуди, ни выводов других ученых, но собственная память о моем отце, позволила мне сказать ей многое. Было даже ощущение, словно это не я, а он как бы подталкивал меня говорить. Я сказала:
      - «Милая женщина, но вы совсем не думаете о том, что ощущает ваш сын, там, на небесах. Каково ему уже два года видеть, как вам плохо, что вы уже почти сами прощаетесь с жизнью. Он же может думать, что это он виноват в Вашем таком плохом состоянии. Неужели Вы хотите, чтобы он так думал? Или предпочли бы, чтобы ему было спокойно?».

Похоже, женщина таких слов не ожидала. Какие-то мгновения она просто смотрела на меня. А потом сказала:

- «Мне НИКТО не говорил таких слов. Я думала, что и Вы сейчас начнете просто утешать меня. А я этого почти постоянно жду. Потому что сочувствие тоже имеет свою силу. Потому что в эти моменты говорю о нем, и словно не теряется какая-то связь. Я все время спрашиваю: почему это случилось именно со мной. Какая несправедливость. Чего я добивалась? Я ждала от людей – понимания. Я снова и снова говорила об этом. Но то, что они отвечали – не приносило мне успокоения. Я в тупике каком-то после его смерти. Я ведь не стала любить его меньше, а кажется, даже больше. Но как выразить эту любовь, я не знаю».
       Мне было больно смотреть на эту страдающую женщину. Очень больно. Но я сказала:
       - «Вам нужно научиться жить ЗДЕСЬ без него. И быть спокойной, деятельной. У Вас ведь есть и другие родные. Каково им видеть Вас такой? Если вы так убиваетесь и уничтожаете себя, то выходит, ЕГО жизнь была бессмысленной? Значит то, что он был с Вами эти сорок лет – это было лишь для того, чтобы Вы погребли сейчас себя под грудой пустоты и страданий?».
       Сказала, как выдохнула. И тут же показалось: быть может, я слишком жестко? Быть может, и вправду надо было погладить, соболезновать?
       Но ее реакция потрясла меня. Она снова сказала: «Мне НИКТО и никогда не говорил подобных слов!». И спросила, - «Можно Вас обнять?».
       Я не противилась. Так мы сидели, обнявшись на банкетке в коридоре, и не видели, что возле нас давно стоит медсестра, которая вышла, чтобы позвать мою собеседницу в кабинет.
       А та… вдруг встала и пошла, прямо, не вздыхая. Уже у двери обернулась, посмотрела на меня… и улыбнулась. Быть может, это была ее первая улыбка за эти два года.


  
    

   Процитирую слова Федора Достоевского. Они важны:
       «Многое на земле от нас скрыто, но взамен того даровано нам тайное сокровенное ощущение живой связи нашей с миром иным, с миром горним и высшим, да и корни наших мыслей и чувств не здесь, а в мирах иных. … Бог взял семена из миров иных и посеял их на земле, и взрастил сад свой, и взошло все, что могло взойти, но взращенное живет и живо лишь чувством соприкосновения своего таинственным мирам иным, если ослабевает или уничтожается в тебе сие чувство, то умирает и взращенное в тебе».
       Любые попытки примириться со смертью близких будут бесплодны до тех пор, пока мы не ощутим нашу связь с тем, ДРУГИМ МИРОМ.
       Знаете, вот сейчас, когда я все это пишу, думаю, что мой сегодняшний день не прошел зря. И пусть он прошел сложно, и я не занималась чем-то внешне радостным, но я думала и писала ТОЛЬКО о ЖИЗНИ… Вашей, своей, жизнях других людей… И о Светлой памяти тех, кто ушел...

Марина БОНДАРЕНКО

 


 

 

«Скорая помощь для души» – темы «жизненные» - о том, что напрягает, проблемы, сложности и т.д.

Ваши письма. Наши ответы.

Плюс – каждый читатель может написать свой ответ-совет. Обратная связь. Ждем!

Пишите обо всем, что вас волнует на наш адрес

 

Перейти:

Следующий вопрос и ответ Скорая помощь для души

Литературное творчество Марины Бондаренко

 

Поделитесь этой публикацией со своими друзьями и знакомыми, использую нижние кнопки! Предложите им подписаться на нашу электронную газету "Аура волшебства"!